Новости / Общество / Как стать IT-нацией
6 января 2017, 14:31
Размер шрифта: А А А

Как стать IT-нацией

Как стать IT-нацией, Израиль, ІТ-индустрия, человеческий ресурс, Андрей Колодюк
Как стать IT-нацией

Первый раз в Израиле я был в 2001 году, когда они только начинали строить свою венчурную индустрию.

Это был тот год, когда был большой краш в Америке. Они думали, что делать с Израилем. Потому что технологический сектор тогда находился в самой низкой своей точке. Я тогда увидел страну, которая на самом деле находилась… В то время как раз их бомбили, они сидели в бункере в гостинице на ежегодной встрече венчурной ассоциации и решали, что же делать с Израилем. Для них это был вопрос выживания.

Они для себя увидели то, что у них начало получаться. Они увидели первые компании, которые начали пробиваться на американский рынок. Это стало в нашем бизнесе понятием «израильская модель», когда компания начинается у себя в стране, потом открывается офис в Америке, привлекается инвестиция оттуда и компания начинает дальше строиться. У них получилось таких несколько историй и они на этом начали строить целую индустрию.

Я от них узнал, что порядка 700 тысяч людей с инженерными специальностями из Советского Союза приехали в Израиль. Для семимиллионного Израиля 10% населения страны – это люди, у которых есть такой бэкграунд. И вот они думали, каким образом использовать эти мозги для того, чтобы строить глобальные компании из Израиля. Что мы имеем на сегодня? За 15 лет мы имеем то, что в прошлом году в Израиле привлекли 11,4 млрд долларов внешних инвестиций. 3,5 млрд долларов – это были только венчурные инвестиции. А венчурная индустрия в Израиле начиналась с небольшого фонда государственного.

Это программа, которая объединила государственные деньги с частными международными. Они создали совместный фонд и отдали в управления людям, которые умеют заниматься венчурными инвестициями. Это был 97, 98, 99 год. Они тогда говорили о том, что у них это начало получаться. Они стартовали с этого. Потом государственная часть в этом фонде была продана частным фондам. Но это у них получилось. Потому что сегодня в Израиле несколько десятков венчурных фондов. Если 15 лет назад каждый хотел стать экспортером апельсинов, то сегодня в Израиле каждый второй делает свой стартап.

Потому что только за первое полугодие этого года было 64 экзита. Причем средний чек был 100 миллионов долларов. Это значит, что в компании 5-10 человек получают какую-то долю, когда происходит экзит. Для маленького Израиля обычная ситуация за последние 15 лет, когда кто-то продавал свою компанию и потом они начинают новую. Когда говорят об Израиле как о стартап-нации, то это на полном серьезе так. Потому что каждый там вовлечен в стартап. Это и стало имплементацией их национальной идеи.

Сначала инвестировали в технологический сектор только для того, чтобы себя защитить. Израиль очень славится тяжелыми хардкорными и хардверными разработками по причине того, что они были связаны с двойным назначением. С военным использованием в том числе. Но они начали строить другие компании, используя технологический бэкграунд. И если проводить параллели между Израилем и Украиной, то у нас есть то же самое, только мы за эти годы не научились использовать ученых, инженеров в той мере, в которой удалось это им. Можно сказать, что у них венчурная индустрия началась раньше, чем у нас. Но для меня Израиль – это пример того, что в Украине можно было построить за эти 15 лет.

Сегодня у нас тоже есть своя эко-система. Но если посмотреть на цифры, то мы не привлекли в прошлом году 11,7 млрд долларов инвестиций. За счет чего? Потому что там у людей и в государственном и в частном секторе была одна миссия – защитить Израиль и сделать это совместными усилиями. А так, как государственные чиновники продвигают Израиль, этому можно поучиться всем чиновникам мира. Там это люди, которые действительно привлекли в страну 300 международных компаний, которые начали строить там центры разработок, открывать офисы. Им это удалось, потому что они ездили по всему миру и приглашали к себе в страну. Потому что там есть люди, которые могут работать, и второе – они создали определенные налоговые преференции для международных компаний. То есть международная компания могла приехать и заключить сделку с правительством. У них есть отдельный офис главного ученого страны, где любой международный предприниматель, от больших до небольших, может приехать и ему полностью создают все условия для строительства технологического бизнеса в Израиле. Там все процессы заточены только вокруг этого.

Результат государственного чиновника зависит только от того, как успешно ему удалось привлечь какую-то компанию. И не только привлечь, но и оказывать всяческие сервисы, чтобы этой компании было комфортно в Израиле. Там вся эко-система работает на две вещи. Каждый хочет создать свой стартап, потому что он видит, что у соседа получилось. Здесь мы похожи с израильтянами.

Поэтому это у них стало таким социальным соревнованием в нации, когда они начали между собой соревноваться, кто будет более успешным в строительстве компаний. Во-вторых, нужно понимать, что они за эти годы уже построили целый мост в Силиконовую долину. Потому что много израильтян уехали туда строить свой бизнес. Но очень важно, что они возвращаются и инвестируют в израильские компании. И за 15 лет они построили целый мост, связанный с продвижением израильских стартапов на американском рынке.

В отличии от Израиля, Украина единственная страна в мире, где венчурная и ІТ-индустрия полностью была создана самими частниками, то есть частным сектором. В отличии от Израиля, который получал первичный толчок и помощь именно от государства. Мы уже прошли этот этап. Ключевым моментом для работы с государством являются условия ведения технологического бизнеса в стране. Когда я был в Израиле, я не слышал, чтобы у кого-то выносили серверы из офисов, я не слышал, чтобы были какие-то претензии у налоговой к этим компаниям. Когда они поняли на самом верхнем уровне, что им надо создать самые лучшие условия ведения бизнеса, прежде всего, технологического бизнеса в стране. И KPI каждого чиновника заключается в том, что они выполняют сервисную функцию. И самое важное, не создавать проблемы. Можно сколько угодно по всему миру рассказывать как у нас хорошо. Но ведь приедут и спросят у того, кто работает в стране, как вам хорошо.

В Израиле компании, которые там уже начали что-то делать, они другим начали рассказывать, что здесь все работает, здесь все хорошо, приезжайте и вы. Потому что ключевой мотиватор – это наличие именно человеческого ресурса. Сейчас вся мировая конкуренция между странами происходит только за одно – за человеческие ресурсы. Они у нас в стране есть. Другое дело, что наша политическая элита еще не осознала, что это самое основное и самое последнее, что у нас еще осталось. Потому что другие страны как раз конкурируют за то, чтобы тех людей к себе пригласить, чтобы они создавали бизнес у них. Здесь очень простая математика. Если вы создаете бизнес у себя в стране, то таким образом вы создаете рабочие места, платятся налоги и всем хорошо, и приходят следующие инвестиции. Ведь их результат – привлечение 11,7 млрд долларов инвестиций… Причем страна в войне. Там по-прежнему летают ракеты над страной. Она находится в таком состоянии уже 15-20 лет. И для венчурных инвесторов, технологических компаний это по-прежнему не является преградой. Это то, что помогает нам в работе с международными инвесторами.

Понятно, они интересуются, как у вас дела в стране, но для них это не является барьером не проинвестировать в Украину. А вот что является барьером проинвестировать в Украину – это условия ведения бизнеса. Конечно, это их сильно волнует. Потому что, с одной стороны, им нравится, что здесь есть человеческий талант, но им не нравится, когда государство не может защитить бизнес. Некоторые из них были на баррикадах по время Майдана, но я не видел ни одного, который бы защитил от правоохранительных органов наш украинский стартап. А если нету уверенности в том, что политическая элита защищает людей, которые создают глобальные компании из Украины, которые должны стать ее визитной карточкой, возникает вопрос: почему другие должны инвестировать в эти компании, если их не защищает родное государство. С одной стороны, хорошая новость, что у нас есть эта индустрия, у нас есть порядка 25 фондов, которые инвестируют, больше трех тысяч стартапов. Это все хорошо. Но для того, чтобы нам дотянуться до уровня Израиля, все то же самое должно быть сделано в разы лучше.

Я говорю не только про наши внутренние вопросы в индустрии, но еще в том числе и имидж государства и условия ведения бизнеса. Есть рейтинги, которые показывают рейтинг ведения бизнеса в стране. К сожалению, мы проигрываем по этому показателю очень многим странам, не говоря уже об Израиле, куда приезжают многие международные предприниматели создавать там свою компанию. Мы пока что не научились на уровне государства. Хотя на уровне сектора мы постоянно работаем с международными компаниями, чтобы они приезжали в Украину, и вместе строить глобальные компании отсюда.

Андрей Колодюк — основатель и управляющий партнер фонда AVentures Capital.

ВКонтакте Buzz Live journal Facebook Twitter

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите CTRL+Enter
Письмо редактору
Вы не авторизировались.
Если у вас уже есть учетная запись ВКурсе.ua, войдите или зарегистрируйтесь.
ваш коментарий:

Читайте также:

Украина договорилась с Израилем по медицинскому сотрудничеству

15 мая 2017, 18:15

Украина и Израиль настроены до конца года договориться о ЗСТ

3 мая 2017, 18:33

Порошенко дал добро на сотрудничество с Израилем в сфере кинематографа

2 мая 2017, 18:12

Последние новости за сегодня: